Ударная прочность по шарпи

02.09.2017


Разработка Витбергом образного «сценария» храма и вызванный им интерес знаменательны. Мы как бы присутствуем при моменте включения в русскую духовную культуру «смыслов», изначально присущих геометрическим и архитектурным формам. На смену целостному эстетическому восприятию архитектурного образа в России начала XIX в. идет представление об идее (словесно оформленной) как о важнейшей составляющей архитектурного образа, которую можно и нужно обсуждать и понимать. Начинается процесс перевода архитектурного языка на язык естественный, язык терминов и понятий. «Вы камнями говорите»,— заметил Александр I, утверждая проект.


Разумеется, происходившие в русской культуре процессы неизмеримо сложнее изложенной здесь схемы, но, как мы увидим далее, внимание к логике архитектурного образа окажет в дальнейшем самое серьезное влияние на развитие архитектуры, видоизменив творческий метод архитектора. Стройка началась, но лишенный практической деловой сметки Витберг запутался в сложных хозяйственно-экономических проблемах, был осужден и сослан в Вятку. Впоследствии выяснилось, что по геологическим условиям площадка не была пригодна для постройки. Храм Христа Спасителя был построен по проекту архит. К. Тона близ Кремля на берегу Москвы-реки. Возможно вас заинтересует ударная прочность по шарпи.


В промышленном строительстве началась отработка методов конструирования большепролетных металлических конструкций. Так, в 1825 г. На Верхне-Исетском заводе были поставлены металлические фермы системы Полонсо пролетом 24 м. В 1829 г. И. Свиязев изобрел сегментную ферму, которая была, как он писал, «вдвое дешевле и легче других конструкций», и применил ее на Боткинском заводе. Это были события, на первый взгляд, неприметные, но очень важные: рациональная конструкция, рождающаяся в заводских цехах, вскоре займет видное место в формировании архитектурного пространства гражданских зданий. Важен был опыт промышленной архитектуры и в другом отношении: жесткие требования производственных циклов, необходимость сокращения перевозок, экономические требования — все это было отличной школой воспитания функционалистской логики, которая во многом определит направленность профессии архитектора после 1830-х гг.